August 18th, 2009

Янки - о нашей смерти ( к начавшейся эре катастроф)

«Россия: перед лицом будущего»: взгляд Карнеги-корпорации

«Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь!» – такими строчками из Некрасова начинается отчет Carnegie Corporation of New York.


Президент корпорации Вартан Грегорян, представляя доклад, написал:
«В атмосфере наступившей «усталости от российских проблем» корпорация предложила свою «Российскую инициативу»… В ее рамках в 2001 году были созданы четыре взаимозависимых группы исследователей, в каждую из которых вошли ведущие американские и российские специалисты из университетов и научных институтов, а также коммерческих, журналистских и негосударственных организаций…"


Новое болото

Американцы чуть ли не со смехом говорят: при Путине Россия вроде бы показывает экономический рост и чудесно сбалансированный бюджет – но все это наблюдается «…на фоне устаревших банковских и индустриальных структур, продолжающегося массового бегства капитала, процветающей коррупции и отсутствия гарантий защиты прав собственности и инвестиций…»
«…Еще более необычно то, что несмотря на потрясающее истощение человеческого и общественного капитала страны, которое проявляется в резком возрастании смертности, снижении рождаемости, почти всеобщем алкоголизме населения и эпидемиях инфекционных заболеваний, большинство граждан России продолжают занимать умеренную политическую позицию или проявляют апатию, вовсе не стремясь к участию в каких-либо массовых протестах…»
«…Руководители стран Запада также разочаровались в России и устали ожидать какого-либо однозначного исхода событий в этой стране. В результате среди них широко распространены скептицизм и стремление «забыть о России»…»
Застойное, затхлое, подернутое тиной болото – вот что напоминает нынешняя Россия. Как отмечают «карнегисты», у нас сложилась удивительная система: устойчивая, но при этом чертовски неэффективная. Ельцинская клика, решив проводить либеральные реформы, утопила в крови восстание 1993 года и сама создала класс «назначенных» олигархов – подарила собственность нескольким проходимцам. Считалось, что они станут классом «богатых и независимых сторонников президента», которые смогут «сдерживать поползновения коммунистов к власти и финансировать перевыборы Ельцина в 1996 г.».
Однако делалось это так нагло и топорно, что оттолкнуло от власти и народ, и городскую интеллигенцию. И если россиянские писаки до сих пор восхищаются Чубайсом, то американцы считают: именно «реформаторы» такого пошиба привели к расцвету «блатного капитализма», подорвали дисциплину государственных учреждений и замедлили формирование надежды демократии – среднего класса. В общем, к концу 1990-х «реформы» оказались совершенно дегенеративными и создали в стране «псевдодемократическую политическую систему».
«Борьба между отдельными представителями элитных кругов и развичными элитными группировками, делившими награбленное имущество, оставшееся после поражения коммунизма, лишила государство механизмов власти, необходимых для принудительной мобилизации национальных ресурсов, и в о же время создала внешнюю видимость плюралистического общества и многопартийной политической системы…» – с легкой брезгливостью отмечают авторы доклада.
В общем, получилось нечто сработанное тяп-ляп, которое никакой демократией считаться не может. А потому «…в рамках возникшей новой системы полная демократизация посредством проведения выборов и использования новых свобод все еще невозможна, так как фундаментальные основы демократии повсеместно подрываются эрозией, раздробленностью и местническим характером государственной власти…»
«…В федеральных структурах отсутствуют дисциплина и эффективный контроль, они захвачены узким кругом безответственных политиков, которые используют служебную конфиденциальную информацию в личных целях… На практике политическая власть на высшем уровне вершится произвольно и бесконтрольно, с использованием коррумпированных, неформальных личных связей, в целях, которые главным образом состоят в обеспечении баланса местнических и хищнических интересов внутри немногочисленной клики хорошо знающих друг друга чиновников и влиятельных частных лиц».
И хотя эта криминальная система стабильна за счет полной апатии «электората» из-за обнищания, ее экономика кошмарна. Финансовые рынки – это так, сбоку припеку, которые никак не связаны с реальным производством. Все стоит на «паханских» связях. Тут американцы узрели, наконец, картину криминальной революции: россиянская «элита» не хочет формировать никаких констутуционных, гражданских и судебных механизмов, предпочитая управлять и решать споры «по понятиям». Получается что-то вроде большого концлагеря.
Правда, отмечают люди из Карнеги-корпорации, Запад сам повинен в создании этой системы: он же поддерживал Ельцина. Он закрыл глаза на то, что 20,2 миллиарда долларов американской помощи в 1992-1999 годах оказались разворованными россиянской верхушкой.
В итоге получилась экономика коррупции и вымогательства, непроходимая для иностранных инвестиций, с чудовищными узами для предпринимательства и свободного движения товаров – аккурат в средневековом духе. Эта система уже зацементировалась, сама себе воспроизводит и душит на корню любые попытки что-либо изменить в лучшую сторону. Нет ничего удивительного, отмечают американские исследователи, что в несчастной России люди предпочитают проедать деньги, а не вкладывать их в капиталистическое дело. А это, как вы понимаете, прямой путь к разрушению страны, к ее банкротству, к эпохе постоянных техногенных катастроф. А весь рост при Путине – это так, подарок судьбы в виде роста цен на вывозимую нефть.



Проблема геноцида

Одной из самых главных бед России наблюдатели из Карнеги-корпорации считают вымирание ее народа. И дело не только в в нищете и экономическом кризисе, но и в прогрессирующем биологическом бесплодии. От 15 до 20 процентов супружеских пар в России не могут завести детей, и этот показатель нарастает год от года. Почему? Потому что бесплодие вызывает вал венерических болезней, потому что заболеваемость сифилисом с 1990 года выросла в 77 раз, потому что растет число абортов, после коих женщины становятся бесплодными. Например, в 1997-м число абортов достигло 2,7 миллиона, превысив число рождений вдвое. Отсюда специалисты Карнеги-корпорации, которые изучили Россию гораздо лучше недоумков в Кремле и Доме правительства, делают страшный вывод: рождаемость русских не повысится, даже если экономика страны начнет подъем.
А продолжительность жизни мужчин не только на 15 лет меньше американской – она существенно отстает и от советских времен.
Смерть выкашивает и немногочисленную молодежь. «Карнегианцы» видят причины этого в насилии, в пьянстве и наркомании, в сердечно-сосудистых болезнях и паразитических инфекциях. (Оно и понятно: при демократах Россия стала вшивым лагерным бараком). Особо тревожит распространение мутирующего, стойкого к лекарствам туберкулеза, смертность от которого в РФ выросла вдвое за вторую половину 1990-х годов. Туберкулез свирепствует в тюрьмах и «зонах».
Алкоголизм уже поразил до 40 процентов мужчин России и до 17 процентов женщин. На каждого взрослого мужика в стране Эр-Эф приходится 160-180 литров водки, выпиваемой за год – в среднем бутылка в день. Это – смерть нации. Уже сегодня пьянство вызывает вал убийств, по числу которых на 100 тысяч населения Эр-Эф уступает только Колумбии, Южной Африке и негритянскому населению США. Но даже если пьянство и удастся несколько обуздать – все равно народ добьет туберкулез.
Национальная деградация русских происходит и от того, что от 30 до 45 процентов народа живет за чертой бедности, причем нищета поражает людей именно после рождения детей. Отсюда – и вымирание, и нежелание обзаводиться потомством. Отсюда – и немыслимый рост брошенных детишек, сирот при живых родителях. У нас уже от 1 до 3 миллионов беспризорников. А уж из всего этого вытекают сексуальная торговля детьми, детская просттуция и прочие мерзости. В общем, американцы прекрасно видят всю садистскую сущность россиянских «реформ».
Деградация русских как народа, по мнению авторов доклада, привела к «общенациональной общественной разобщенности и истощению социального капитала». Оказались разбитыми связи, общества и ассоциации, «…которые могли бы послужить основой для планомерного оздоровления общества и обеспечения будущей конкурентоспособности страны». Чеем это пахнет? Правильно – полным общественным распадом и утратой конкурентоспособности. И пусть кто-то попробует утверждать, что все это – не смертный приговор для русских! Читайте:
«Разрушение социальной ткани в сегодняшней России привело к образованию порочного круга. Ухудшение условий здравоохранения, паралич правительственных учреждений и тысячи других общественных бедствий, поразивших Россию, взаимно дополняют друг друга и увеличиваются в масштабах. Эти бедствия, свою очередь, подрывают общественную сплоченность, которая имеет важнейшее значение в процессе оздоровления нации и накопления материальных средств, необходимых для создания жизнеспособных политических учреждений, эффективных рыночных механизмов и стабильной национальной обороны, а также для предотвращения социального взрыва, который неизбежно отзовется далеко за границами России…»
Доклад приводит выкладки известного демографа Меррея Фишербаха, который убежден: к 2050 году в РФ останется от 80 до 100 миллионов душ – по сравнению со 150 миллионами в 1992 году. Темп вымирания России – минимум 700 тысяч человек в год.
С точки зрения авторов доклада, русские в начале 2000-х годов уже перестали быть единым народом. Губительный процесс, идущий в РФ, «осложняется порочным кругом проблем, которые вызваны отсутствием общего, объединяющего население страны представление о себе как о нации, разрушением государственных структур, неэффективностью экономических механизмов и элементами недемократического политического развития». «…Отсутствие ярко выраженного национального самосознания подрывает гордость нации, делает невозможным общественное согласие в вопросах построения государства и не создает стимулов, достаточных для того, чтобы должностные лица или частные граждане стремились действовать, руководствуясь какими-либо принципиальными соображениями…»
Все это не только губит экономику, но и ускоряет процесс разрушения государства. Поэтому российские руководители в попытке построить государственные структуры вынуждены полагаться главным образом на личные связи и преданные им кадры («особенно на служащих органов охраны правопорядка и секретных служб»). Но это – уже как мертвому припарка.
Уже в 2001 году американцы прогнозировали вал техногенных катастроф в опустошенной стране. Они приводят такие цифры: для приведения в порядок разрушающихся инфраструктур РФ нужно от 40 до 50 миллиардов долларов в год. Понятное дело, таких денег государство найти не в состоянии.
И вот что примечательно: при всем этом американцы все-таки боятся социального взрыва в России. Да, пока народ вял из-за нищеты, пока борьба за существование и попытки свести концы с концами не оставляют ему сил и времени для борьбы. Но при этом русские ненавидят свою «элиту», считая ее насквозь воровской. Это показали общественные возмущения после гибели «Курска». А из истории известно: бунты и выступления вспыхивают как раз тогда, когда экономика начинает подниматься, а благосостояние людей растет. Если Россия примется действительно выходить из кризиса – ей не миновать революций и восстаний.
Или же – перехода к жесткому авторитарному режиму по образцу пиночетовского.


«Третьим, более реалистическим вариантом, были бы сопротивление структурной реформе и поддержка неопределенно долгого существования псевдофеодальной системы в России. …Сохраняются важнейшие учреждения, которые позволяют принимать неформальные, не поддающиеся независимому контролю, произвольные решения в политике и экономике. Учитывая меры, уже принятые Путиным, можно предположить, что любые половинчатые попытки проведения реформ сосредоточатся в основном на укреплении дисциплины и перераспределении скудных ресурсов и влияния в рамках существующей системы, в узком кругу безответственных, сменяющих друг друга политических и коммерческих фигур.
Несмотря на то, что такой вариант развития событий сегодня представляется путем наименьшего сопротивления, неопределенно длительное существование нынешней системы может привести к печальным последствиям. Примирение со стагнацией означало бы продолжение существования политических и экономических искажений и перекосов, присущих нынешней системе, а также существование фундаментальных, взаимосвязанных проблем, которые образуют «порочный круг слабости» теперешней России.
В ближайшем будущем совокупное влияние неконтролируемого истощения социального капитала, снижения эффективности политических учреждений, отсутствие структурной экономической реформы и невозможность независимого контроля над процессами могут привести к потере всех возможностей для демократизации и рыночной реформы. А если учесть еще и ослабление государственных структур – то и ко все более непредсказуемым явлениям во внешней политике. Кроме того, такая инерция может сделать Россию особенно уязвимой к внешним потрясениям – настолько, что даже относительно небольшие проблемы, вызванные, например, стихийным бедствием, способны вылиться в кризис общенационального характера…» – написал в итоговом отчете по всей работе Адам Стальберг.
Он считает, что застой в «трехцветной РФ» не остановит процесс ослабления государственной власти, а это рано или поздно покончит со стабильностью. Хаос воцарится не только в России, но и в соседних с нею государствах, и во всей мировой системе.


«…Несмотря на все нынешние проблемы России, многие российские официальные лица и эксперты выражают твердую уверенность в том, что когда-либо их страна вновь станет великой державой. Эта убежденность основывается на том мнении, что раз страна в прошлом переживала периоды чрезвычайной слабости и подобно птице-фениксу возрождалась из пепла, то она сможет проделать это и вновь. Однако существуют серьезные основания сомневаться в способности страны совершить подобный подвиг.
…Предыдущие переходы России от краха к восстановлению облегчались тем, что в те периоды ее соседи – Европа, мусульманский мир и Китай – были слабы из-за войн или других факторов. Сейчас ситуация совершенно иная. Европа сильна и едина. Китай не менее силен, и становится еще крепче. А мусульманский мир, хотя и не обладает мощью, несомненно, испытывает рост.
…Перед Россией сейчас стоит выбор: либо стать младшим партнером США, либо слабой, изолированной страной, находящейся перед лицом угроз, с которыми она не может справиться.
Россия в этот раз не сможет возродиться, как феникс…»
Это написал Марк Кац, профессор государственного права и политики в университете Джорджа Мэйсона (Фэйрфакс, штат Виргиния). Уже в 2004 году…
…Вот, читатель, вы теперь знаете, каким видят наше будущее западные аналитики. Теперь мы знаем, какая участь нам уготована при продолжении нынешних тенденций. Мы должны истлеть, проржаветь и развалиться. Ну, а затем здесь устроят санитарную чистку и наведение нового порядка. За чей счет? Ну, не американского налогоплательщика, конечно, а за счет денег, которые отберут у обанкротившейся, несостоятельной «российской элиты».

http://m-kalashnikov.livejournal.com/117532.html

Выход из кризиса по рельсам социал-дарвинизма оставит на обочине миллионы граждан

Если в конце прошлого года кризис был скорее абстрактной «страшилкой» – особенно этому неверию способствовали радикальные пессимистические прогнозы, слишком невероятные, как казалось, чтобы стать реальностью. Сейчас кризис ощутили уже практически все, но пока происходящее «не смертельно». Действительно, ситуация, как выражаются некоторые эксперты, «зависла». Как российские власти, так и ряд международных институтов предсказывают начало экономического роста уже в следующем году. Не исключено, что так оно и будет – правительства многих стран готовы ценой любых госдолгов стимулировать потребительский спрос, хотя при этом фактически вновь раздувается очередной долговой мыльный пузырь, а значит, за временным оживлением может последовать новая волна падения.

Если отвлечься от экономических аспектов кризиса, то, независимо от его развития в следующем году, социальный эффект происходящего в России уже вполне очевиден. В настроениях людей произошли серьезные перемены – пропал тот запал безудержного оптимизма, который, вместе с нефтяными деньгами служил двигателем благополучия 2000-х. Оптимизма, который практически насильно навязывался как в бизнес-культуре, так и в СМИ. Сомневаться в том, что рынки будут расти, доходы – увеличиваться, а жизнь – становиться все лучше и веселей, было просто неприлично. Вам бы сразу посоветовали отправиться как минимум на тренинг по какому-нибудь «управлению оптимизмом», а как максимум – к психотерапевту, корректировать депрессивный взгляд на жизнь вследствие тяжелого детства. Гимном этих лет стала песня Верки-сердючки про «хорошо, все будет хорошо». Собственно, ее эхо слышно и сейчас, хоть и намного тише.

Речь шла уже даже не о том, чтобы видеть наполовину полный стакан вместо наполовину пустого – обструкции подвергался любой, кто не верил, что и совсем пустой стакан скоро превратится в бассейн с фонтаном. Как это часто бывает с магистральными идеями, они проникают во все сферы жизни. «Нефтяной оптимизм» отразился не только на корпоративной культуре. Мантра о том, что все будет хорошо, предлагалась как аксиома везде. Моральный террор обязательного и неотвратимого успеха проник повсюду. У вас несчастная любовь? – вам пора перестроить сознание и научиться быть счастливым. У вас малогабаритная квартира с видом на грязную стену? – покрасьте стены в оранжевый цвет и получите заряд оптимизма. Вы ничего в жизни не добились? – сходите на тренинг личной эффективности и у вас все получится. Счастье прямо сегодня, в крайнем случае, завтра – надо просто в это верить. Это покруче обещания, что советский народ скоро будет жить при коммунизме.

«А что, лучше каждый день размышлять о трагизме бытия и бренности всего сущего?» – скажет читатель. Нет, это тоже будет весьма искаженный угол зрения. Но искусственный, истерический оптимизм последних лет люди не открыли внезапно в глубинах своей души. Он был грамотно «пропиарен» всему обществу, и не только в России.

В своей недавней книге о мировом кризисе «Мировой экономический кризис. Что дальше?» известный французский политик, экономист и теоретик «нового мирового порядка» Жак Аттали посвятил несколько страниц анализу этого явления. Вера в собственное светлое будущее – это не просто установка, помогающая сохранить свежий цвет лица. Это важная психологическая составляющая экономики, построенной на кредитах. Вы верите, что завтра добьетесь успехов и повысите уровень жизни, и поэтому смело берете кредит, ваша компания уверена в том, что прибыль завтра будет больше, чем сегодня, и тоже смело берет кредит, банк уверен в том, что у вас и у него все будет хорошо, и смело выдает кредит. Что происходит дальше, всем уже известно – мировые рынки наводняются ценными бумагами, которые не обеспечены ничем, кроме коллективной иррациональной веры в более успешное завтра. Аттали пишет о том, что поддержание нужного, повышенного «градуса оптимизма» необходимо в этой системе абсолютно всем – от мировых финансовых институтов до последней домохозяйки, покупающей в кредит пылесос.

Поэтому в литературе, кино, в прессе и Интернете в самых разных формах транслировалась общая установка – успех в твоих руках, надо только верить в это. То, что для успеха помимо внутренней мотивации нужны и внешние условия, без трезвой оценки которых никакого чуда не случится, – остается за кадром. Глянцевые журналы избегают любых «некрасивых тем», рисуя образ мира, где беззаботно и в достатке живут позитивно мыслящие вечнокрасивые и вечноздоровые люди, призывая побыстрее приобщиться к этому миру. Бюджеты голливудских блокбастеров все больше, спецэффекты все удивительнее. Книжные магазины завалены сочинениями о том, как стать миллионером, любимцем публики, красавицей или успешным руководителем. Пафосу этой веры в себя позавидовали бы авторы комсомольских «агиток». И даже сейчас по инерции нам пытаются продавать учебники позитива – кризис не успел начаться, а вокруг заголовки книг и журналов о том, как заставить кризис работать на себя, как найти благодаря кризису новые возможности. В упомянутой работе Аттали, между тем, выводы несколько иные. Вера в легкую удачу и безбедную жизнь для всех сама по себе никакого лимонада из нынешних лимонов не сделает. Да и сама эта вера неизбежно останется в докризисном прошлом.

Хуже всего то, что именно на этих светлых идеях в России уже повзрослел и привык к определенному образу жизни молодой средний класс профессиональных наемных работников. Главный «идеологический» удар кризиса придется именно по ним, а не по бизнесменам-предпринимателям – эти люди по своему складу готовы к трудностям и риску, к быстрой мобилизации и принятию решений, к тому же имеют определенную «подушку безопасности» в виде собственности и какого-то капитала. Больше всех пострадают многочисленные офисные труженики. И даже не столько от того, что столкнутся с увольнениями, сокращением зарплаты или ужесточением требований на работе. Теория обязательного успеха внезапно оказывается бумерангом, который больнее всего бьет по жизненным принципам своих же адептов.

Известно выражение о том, что в случае проблем надо либо менять ситуацию, либо – если это невозможно – менять отношение к ней. Пока россиян призывают «работать над проблемами», при этом действуя во все той же логике успеха предыдущих лет. Это та самая точка зрения, что каждый сам и только сам является виновником своих успехов и неудач. Многие и сегодня верят, что схема «победитель или лузер» подходит для кризисных времен – со страниц прессы и телеэкрана мы слышим слова бизнесменов и политиков о том, что выживут сильнейшие. Компании «очищают» бизнес от «неэффективных» сотрудников и направлений, сокращают зарплаты, увеличивая рабочую нагрузку. Бизнесмены, годами жившие с психологией успеха, искренне верят в то, что надо или добиться успеха или сойти с дистанции. Они не боятся, что «очищающие» волны кризиса могут смыть и их самих – если и так, значит сами виноваты, сами не справились. Очевидно, что если выход из кризиса будет пролагаться по рельсам такого социал-дарвинизма, то на обочине его останутся тысячи, если не миллионы граждан. Которых до этого годами убеждали, что главное – работать и верить в удачу. А удачи-то и нет. Значит, придется признать «неэффективными» себя и свои установки. И это похуже любого увольнения.

«Выживание сильнейших» – это, якобы, жестокая правда жизни. В хорошие времена всех призывали почувствовать себя маленькими победителями, и потому многие готовы были с ней согласиться. Но если мы не хотим оказаться в некоем постиндустриальном феодализме – с горсткой сильнейших и миллионами лишенных всякого права на достойную жизнь, – вместо беспочвенной веры в светлое потребительское завтра нужны другие установки. В первую очередь, это установки не на то, как в индивидуальном порядке и побыстрее «сорвать банк», а на коллективный успех, основанный на полезности, ответственности и взаимопомощи. К таким призывам обычно мало кто прислушивается, хотя они десятилетиями перманентно звучат со стороны лево-ориентированных сил. Если о них заговорили даже такие архитекторы мировой экономики как Жак Аттали, имеет смысл прислушаться повнимательнее.

http://www.globoscope.ru/content/articles/2591/